Общество

4805

Вечерний рейд по Речице с комиссией по делам несовершеннолетних: «Это же «Амаретто», а не водка!»

 +

В деревне у бабушки я водила дружбу с теми, кого теперь называют «находящимися в социально опасном положении». Может, и тогда этих мальчиков и девочек так «квалифицировали», я была без понятия. Знала только, что у них много братьев и сестер, мама пьет и все живут у бабушки. Та старается их поднять, но в доме часто нет еды.

Нам, каникульщикам, было у них медом намазано. Там была анархия – мать порядка: реальная мать, хоть и была добродушной веселухой, то отсутствовала, но то читала у себя в спальне, то спала пьяная.

Никаких правил, никаких обязанностей. Хотя нет, обязанности все-таки были: старшие приглядывали за младшими, готовили что-то нехитрое, пока бабушка «поралась» в огороде или помогала деревенским взамен на какие-то продукты, а если повезет, то и на деньги. Помню, как мы всей уличной ватагой лет в 10–11 пекли блины на их кухне. Что-то из продуктов притащили с собой, что-то нашлось на месте. Понятное дело, комки теста не успевали зажариваться – малышня ловко хватала их со сковороды. Всё было белое от муки, кавардак мы устроили грандиозный, но в этом и был смак: никто нас не отчитал и не заставил прибраться. Чистые плита и сковорода в этой семье были условностями.

И, как я сейчас понимаю, те ребята были очень хорошими детьми. Куда более самостоятельными, чем зефирные мы, за которыми ухаживали хлопотливые мамы и бабушки. Насколько знаю, жизнь большинства из них сложилась удачно. К сожалению, на это способны далеко не все, кто рос с проблемными родителями.

Поэтому каждый раз, когда я еду в рейд по СОП-овским семьям с комиссией по делам несовершеннолетних, многие вещи меня не удивляют. А вот какие-то вызывают непонимание и болезненные ощущения до сих пор.

«Сижу в тишине дома…»

Состав участников сегодняшнего рейда «Семья без насилия»: заместитель председателя комиссии по делам несовершеннолетних Речицкого райисполкома Наталья Антипенко, сотрудник РОВД и я – журналист.

По первому адресу проживает Елена*, есть дочка и сын. Но сейчас в квартире пусто и тихо. За несколько дней до визита детей (младшему нет и года) передали на попечение бабушке: Лена выпивает. Молодая женщина обещала уехать в другой город, чтобы лечь на реабилитацию. Но, как рассказывает Наталья Викторовна, к сожалению, не уехала. Заместитель председателя КДН звонила врачу, тот ответил, что Лена не явилась. Поэтому, собственно, она и попала в «гостевой лист» этого рейда.

– Ну, я решила работу поискать – все равно придется устраиваться куда-то. Как видите, сижу в тишине дома…

Наталья Викторовна вздыхает: «Идемте на кухню». Я не очень понимаю, зачем, но моя спутница, много лет работающая с такими, как Лена, знает, что ищет: «Лена, покажи свою урну…» Из мусорного пакета предательски торчит бутылка из-под коньяка и пустая картонная коробка из-под вина.

– Это еще с субботы лежит. Ко мне человек заехал в гости… Я ж не с перегаром, не с пьянки, – оправдывается Лена. Заместитель председателя комиссии идет на балкон: «А что в другом пакете?»

– Это же «Амаретто», а не водка! Я просто давно не выносила мусор, – начинает частить Лена.

– Сейчас мне ничего не объясняй. Ты в прошлую среду рассказывала, как хочешь вернуть детей, но за неделю так ничего и не сделала. Сейчас встанет вопрос о том, чтобы девочка отправилась в приют, а мальчик – в дом ребенка, – качает головой расстроенная Наталья Викторовна.

Уже в машине она рассказывает о том, что у Елены тяга не только к спиртному, но и к «порочным мужчинам»: кавалеры все как один «выпускники» тюрем или «просто» агрессивные выпивохи. Именно на их образ жизни Лена и списывает своё поведение. Мол, невиноватая я – всё любовь, окаянная...

Новая жизнь старых знакомых

А вот в следующую дверь я заходила с некоторым даже волнением: пару лет назад я писала о её обитателях, и тогда картина была сюрреалистичной. В двухкомнатной квартире, как тогда, так и сейчас, живут одинокая Валя с двумя детьми и ее мать – их бабушка. В то время Валентина нигде не работала; по словам Натальи Антипенко, куда её только не направляли, нигде не задерживалась. Дети находились в удручающем состоянии. Через некоторое время после нашего рейда их временно отобрали из зловонной двушки, в которую человеку с некрепким желудком лучше было не соваться. Мальчик и девочка почти не ходили в школу, не делали уроки. Как вздыхала тогда Наталья Викторовна, «СОП в этой семье не хронический, но периодический, и длится он поколениями».

Детей дома не оказалось: отдыхали в санатории. Сама же квартира выглядела определенно по-другому: новые обои, всё подкрашено-подшаманено. Работал и свет в детской – в прошлый раз брат с сестрой сидели в темноте на вскудлыченной постели.

Как выяснилось, Валентина все-таки устроилась на работу в одну из торговых организаций города. Там ей помогают: передают детям одежду, игрушки, выписали материальную помощь, чтобы закрыла долг по квартплате. Мама рассказывает, что с работы Валя сразу приходит домой, компаний прежних нет.

– Порядка как не было, так и нет. Этому, наверное, уже не научишь женщину за 30… Но мы рады, что она наконец увидела в нас союзников, а не врагов. После всей работы, что Валентина проделала, мы с удовольствием возвращали детей в эту семью, – поделилась Наталья Викторовна уже в лифте. А перед выходом обратилась к матери Вали:

– Ну, вы ж держитесь! Почти все внуки уже взрослые, только двое маленьких осталось, надо же и их на ноги поднять. Ведь всё есть для этого!

– Да, всё есть, – вздохнула эхом бабушка и исчезла в недрах пока что свежеотремонтированной квартиры.

Маугли в пятиэтажке

По третьему адресу проживают мама с 10-летним Петей – он стоит на учете из-за частого мелкого хулиганства. Например, парень таскает из магазинов жевательные резинки, шоколадки. По рекомендации специалистов находится на домашнем обучении.

– Вся проблема в том, что мальчик предоставлен сам себе. Мама воспитывает его одна, но после работы она ложится на диван с телефоном, а Петя бежит на улицу, бродит там с такими же неприкаянными, как и сам. Так и с обучением: они дверь то открывают, то не открывают. У мамы с работы прекрасная характеристика, но вот дома она абсолютна инертная. В общем, очень спокойный родитель и супер-активный ребенок в их случае не лучшее сочетание. Для меня показатель – это отсутствие обеденного стола на кухне, места, где обычно собирается и общается семья. А у них мама ест на диване перед телевизором, сын – в своей комнате, – пока мы поднимаемся в квартиру рассуждает Антипенко.

Мы заходим. И если говорить о комнате мальчика, то её больше хочется назвать логовом: белье, еда смешаны в кучу: что-то лежит на полу, что-то на тахте без постельного с двумя смятыми покрывалами. Хозяйка – и тут у меня когнитивный диссонанс – внешне симпатичная, тщательно накрашенная – сетует, что это, мол, собака кутерьму развела. Да, собака, которая заперта в зале и бьется о дверь, судя по всему, крупная. Но это не первый пёс в мире, который живет в квартире. И в случаях мне известных, когда четвероногий дружок творит беспредел, владельцы резво за ним прибирают, чтобы в доме снова был шик-блеск. Но не каждые владельцы, как очевидно.

 

«Мы сегодня еще не убирали», – роняет мама мальчика. О том, что не только сегодня, кричат заскорузлые обои, пол под слоем грязи, остатков еды и хаотичная вселенная из вещей, которая явно не была сотворена разовым Большим взрывом, а росла и росла. Если описывать кухню, то холодильник проще выбросить, чем отмыть. Запах представьте сами.

Наталья Викторовна, судя по всему, в шоке и расстроенных чувствах:

– Такого в квартире не было даже когда мы Петю временно забирали…Привезла к вам корреспондента, чтобы похвастаться, в какие условия вернули ребенка. Похвасталась…

Семеро по лавкам

А вот в квартире семьи Ивановых почти идеальный порядок. И это с учетом того, что в семье семь малышат! Старшему 11, младшей нет еще и года.

– Папа спокойный, тихий, и его всё в этой жизни устраивает. Но только папа на работу, к маме приходят соседи, друзья и начинается веселье. Больше всего волнует судьба новорожденной девочки: что с ней может произойти, если мама будет в неадекватном состоянии? – вводит меня в курс дела Наталья Викторовна.

Хозяйку – 35-летнюю Ирину – дома мы не застаем – муж говорит, что ушла в магазин с одним из ребят. Остальная дивизия разместилась в зале перед телевизором. Старший Вадим надевает ползунки крохотулечке, которая барахтается на диване и уже уверенно вытягивает шейку, чтобы поразглядывать визитеров. Спрашиваю у серьезного Вадима: «Подгузник тоже меняли?» Он отвечает, что нет, это сделал папа. Изнуренный отец, еще не переодевшийся с работы, как выясняется, не только сменил подгузник, но и накормил ребят. Наталья Викторовна, знающая, что в семье не всегда есть что поесть, заглядывает на кухню.

– Вижу, продукты есть, зарплату получили?

– Какая вам разница, получил или нет? – досадует хозяин.

– Зря вы так, мы к вам не от нечего делать приезжаем. Душа болит за ваших детей, особенно за самую маленькую, когда она не с вами, а с мамой.

– Да у меня у самого болит…– извиняется за резкость и качает головой уставший папа. Он работает на заводе, каждое утро в половине седьмого отвозит детей в школу. У меня не укладывается в голове. Вот же оно – счастье. Заботливый муж. Здоровые прекрасные дети. Что не так? Чего еще мятежная душенька просит, на какие приключения толкает?

Что касается ребят, то они тихие, воспитанные. Даже интеллигентные, если можно так выразиться о младшеклассниках. Они скромно отвечали на все вопросы, застенчиво улыбались. Все как один вылитый папа. Только очень худенькие. Вопрос о продуктах от заместителя председателя комиссии, видимо, возник не в первый раз и не просто так.

* * *

Еще в своем деревенском детстве, глядя на босоногих приятелей, я хорошо прочувствовала: дома у каждого ребенка должно быть вкусно и беззаботно. Чтобы не приходили чужие тети с дядей в форме и не задавали неудобные вопросы родителям. Чтобы в уютной чистой постели можно было свернуться калачиком, а тебе почитали, например, про Нильса и его друга гуся Мартина. И чтобы утром пришлось уговаривать бабушку не докладывать тебе в тарелку горячей вкусноты, ведь ты и так достаточно пухлая девочка. Чтобы перед взрослыми хвастаться не тем, что мама все-
таки купила тебе ботиночки и есть наконец в чем выйти на улицу, а тем, какую крутую железную дорогу ты построил. В общем, проживать с удовольствием каждый день своего сладкого неповторимого детства. И как же бессовестно несправедливо, когда есть дети, которые вынужденно живут взрослой, самостоятельной жизнью, а их родители – инфантильной и беспечной детской.

* имена и некоторые личные факты изменены по этическим соображениям

Перепечатка текста и фото Dneprovec.by запрещена без разрешения редакции. info@dneprovec.by

Читайте dneprovec.by «Вконтакте» → vk.com/rnewscity Читайте dneprovec.by в «Одноклассниках» → ok.ru/rcity